Читая книгу Гришковца, очень легко почувствовать себя автором, человеком, с которым произошло почти то же самое, что и с его героями. Гришковец рассказывает о людях, сыгравших важную роль в его жизни. Какие-то истории, какие-то события - ничего экзотического. Впечатления и переживания, которые много важнее событий. И внимание обращается уже не к героям, а к своей собственной жизни. К себе. "Я ощущаю эту книгу не как сборник отдельных рассказов, а как цельную, хоть и короткую, повесть. Совсем недавно я понял простую вещь… Когда я читаю про чье-то детство или про чью-то юность… Или когда вспоминаю или пишу про свои детство и юность, я всегда чувствую тревогу и грусть безвозвратного. В детстве и юности нет этой тревоги. Юность для юного человека бесконечна, и оценить ее невозможно. А если я вспоминаю юность, значит, я уже понял себя взрослым и оценил то, что закончилось. И значит, то, что я вспоминаю, - это не мемуары. Это то, что во мне осталось неизменным… Имена, события, факты и географические названия реальны. Все остальное - литература…"
Е.Гришковец Здорово! Спасибо!Вернулось снова желание ЧИТАТЬ!!!Желание держать живую книгу в руках,причём,просто и стильно оформленную.И,конечно же,ассоциации,параллели,узнаваемость ситуаций,переживаний,воспоминания.... И удивительное ощущение диалога с самим автором. Обязательно ПРОЧТИТЕ!!!!
Автор: Ичик Умер, 22.10.2007 12:25:37,
Гришковец. Следы на мне Тоненькая книжечка с претенциозным названием, это, конечно же сборник малой прозы. Традиционность, с которой современные авторы после пары-тройки романов (в случае с драматургами сборников пьес) выпускает сборники же малой прозы поразительна. Впрочем, в случае с Гришковцом все не так просто: он, в общем-то, на своей территории. Маленькие истории о маленьких людях, крошечные мирки, небольшие, камерные драмы. Все уютно, все просто. Вектор развития, тем не менее, обозначается весьма просто: автор постепенно отходит от условности своих былых описаний и постепенно наращивает плоть. Казалось бы столь маловажные вещи как имена и названия мест, где происходят событий придают прежним рассуждениям об ощущениях неожиданную глубину. Нет, никаких отсылок к эпохе тут нет, разглядеть что-то реальное, увидеть эпоху по-прежнему невозможно, но что-то такое настоящее уже начинает проклевываться. Сколько бы Гришковец не называл свою отстраненность специальным творческим приемом, все равно всегда эта выглядит скорее, как некая блаженность, принадлежность не к сему миру. Что же до претенциозного названия, Гришковец мудро не ударяется в вещизм, а говорит больше о людях, используя набившую уже оскомину метафору. Люди действительно оставляют следы на нас. Впрочем из рассказов Гришковца не особенно понятно какие, да как считает автор, не так уж и важно. В этой необязательности, конечно, есть своя особая прелесть, но и, конечно, своя ловушка тоже: не запоминается от такого чтения практически ничего, остается легкое приятное послевкусие. Самое же главное ощущение от этого сборника, пожалуй, взросление автора - он не то, чтобы становится более сереьзным, просто чуть более конкретным. Структура книги чуть более выверена, чем его ранние пьесы, чувствуется долгая работа над сборником, так чтобы он сложился в одну книгу, ритм, в конце концов, поставлен четко, так что можно запросто прочесть весь сборник за один присест. <br><a href=http://protivopokaz.ru target=_blank>Противопоказ, журнал немодной молодежи</a>
